Развернутый комментарий в отношении "Поднятой целины" мы находим в работе Г. Ермолаева "Михаил Шолохов и его творчество". Американский профессор задает основные положения концептуального характера, иллюстрирующие особенности подхода американского литературоведения в целом к шолоховскому роману, старается дать наиболее широкий и объемный комментарий к тексту произведения, учитывая, хотя нередко и переоценивая, значение исторических реалий, субъективные предпочтения автора (мы бы сказали "ценностную структуру его тезауруса") по отношению к системе образов произведения, биографические факты и особенности мировосприятия и типа его художественного сознания. Значимо то, что Г. Ермолаев имеет обширный переводческий опыт работы с произведениями писателя. Его комментарий позволяет увидеть качественные черты дискурса американской литературной критики, параметры рецептивной эстетики США избранного периода, что необходимо учитывать в построении и реконструкции тезаурусов культур русского зарубежья и СССР, находящихся в ситуации принципиальной недиалогичности, с одной стороны, и характера восприятия русской классики нового времени американскими читателями — с другой.
Г. Ермолаев оценивает главных действующих лиц произведения, явно не желая видеть таковыми Давыдова и Нагульнова: " В "Поднятой целине" нет таких полнокровных персонажей, как Григорий и Аксинья. Главная героиня Лушка — своего рода вариант Дарьи Мелеховой".
Разумеется, все казачьи персонажи М. Шолохова (особенно женские) в чем-то напоминают друг друга, однако никаких оснований для подобного рода сближений автор работы не приводит. Наблюдается некоторый научный импрессионизм и в оценке Г. Ермолаевым Давыдова, который кажется ему "скучным". Объективность подобного рода комментариев должна быть глубоко мотивирована какими-либо существенными промахами художника в изображении персонажа. У американского литературоведа ничего похожего не наблюдается. Вместо аргументации своей "экзистенциальной тоски", вызванной соприкосновением с образом Давыдова, он позволяет себе не менее "скучный" пересказ биографии героя, за которым читается только одно: Давыдов скучен, потому что он двадцатипятитысячник.
У Г. Ермолаева читаем: "Главный герой Семен Давыдов довольно скучен. Один из двадцати пяти тысяч рабочих, посланных партией в 1929 году помогать в организации колхозов, он всего лишь винтик в партийном механизме…". Американское литературоведение невозможно представить себе без смакования различного рода подробностей половой семантики. Постфрейдистский модус тезауруса — несомненный ценностный концепт западной критики. Он позволяет увидеть в творчестве Шолохова слияние мужского и женского мифологически трактуемых начал, вечно творящих новую жизнь. Этот модус в интерпретации шолоховских образов у Г. Ермолаева понимается более обыденно, приземленно и в таком случае утрачивает эвристическую ценность, хотя критик посвящает ему пассаж гораздо более объемный, чем комментарий к образу главного героя романа М. Шолохова.
